20 ЛЕТ, КАК С ЛИСТА

Кто бы ей сказал тогда, в далёком 1997 году, что ближайшие два десятка лет она потратит на бесконечную беготню пополам с писаниной… Может быть, 27-летняя Юля Белоцерковская вовсе и не собиралась делать карьеру на журналистском поприще, но если тебя однажды накрыло вот этим самым, что называется СМИ, то это навсегда.

Из СМЕЙ просто так не уйти, со СМЯМИ придётся считаться, и СМЯМ всё равно, чем тебе при этом придётся пожертвовать. Даже если ты живёшь в тундре, где 8 месяцев зима, и у тебя вообще-то были совсем другие планы на жизнь. Как бы там ни было, сегодня редактор газеты «Энергия плюс» отмечает 20-летие творческо-профессиональной деятельности.

Особый авторский стиль, ответственность, умение оперативно реагировать на любые изменения в информационной обстановке, победы в профессиональных конкурсах, многочисленные награды и поощрения, определённый авторитет в пишущей и снимающей среде – это, конечно, всё не отнять. Но Белоцерковская не была бы собой, если бы не была шумной, громкоголосой, острой на язык, всегда готовой ввернуть свои пять копеек в любом споре, отстояв не только свой взгляд на проблему, но и интересы коллег. «Как у вас сегодня тихо!» — порой удивляются наши соседи со второго этажа. А это Юлька в отпуске или просто где-то «в полях», поэтому её не слышно.

В житейском смысле Юлька безусловно красивая женщина, эмоционально зрелая, опытная, состоявшаяся как жена, мама и даже уже бабушка. Она хозяйка уютного домашнего очага и удивительно талантливый кулинар. На эту тему Белоцерковской можно долго петь дифирамбы с серенадами. Но данный опус не об этом. Он о 20 годах работы в тяжелейшей для женщины профессии, в круговерти общественно-политической, социальной и производственной жизни – на поле боя, откуда не выносят раненных и где не берут пленных. Совсем недавно этот рядовой информационного фронта получил-таки свою звезду на погоны, возглавив редакционный коллектив в должности редактора, который остаётся пишущим (что особенно ценно в наших условиях).

Жизнь газетчика измеряется не километрами пройденных дорог, не литрами выпитого чая или кофе во время работы над сложным материалом, не наградами и уровнем пула, к которому он принадлежит, и даже не количеством выпущенных номеров газеты с его фамилией на полосе. Жизнь пишущего журналиста измеряется количеством пропущенных ударов сердца, оставляющих на нём незаживающие раны. Мы все пропускаем эти удары, когда теряем близких людей, когда из нашей картины мира выпадают маленькие пазлы, которые невозможно заменить.

Потом можно подобрать фактуру, цвет, форму, но всё равно это будет совсем другой кусочек. Потому что есть люди, которые, уходя, словно выключают за собой свет, оставляя нас в темноте. И мы понимаем, что пустоту в сердце размером с этих людей невозможно заполнить никем и ничем. Этих потерь, расставаний, утрат в последние два года жизни у неё было болезненно много. Но она умеет достойно пережить всё, что посылает судьба. У пишущей братии по жизни два профессиональных, парадоксально взаимоисключающих заболевания, которые не лечатся ничем, – беспросветный цинизм и неспособность полностью абстрагироваться от чужой боли.

И вот эта боль заставляет журналистское сердце пропускать удары гораздо чаще, чем это происходит у обычных людей. Пусть причин, которые ставят твоё сердце на долгие мучительные паузы, будет как можно меньше! И пусть в этой суровой заполярной тундре дорога твоя будет как можно более долгой. Главное – лёгких шагов тебе на ней! Хотя, о чём это мы? Какие шаги? Ведь у тебя давно есть крылья. ЛЕТИИИИИИИ!!!

С уважением и любовью, коллеги.